Миасский городской форум

Порто-Франко. 09.06.30, суббота, 10:50
- Вы, бд*дь, придурки отмороженные! – орал на меня Сармат в своём кабинете на складской базе, куда он меня выдернул через день, несмотря на выходной. – Что ты, что Лора! Какого хрена она полезла с Баленко бодаться? Да он бы от неё мокрого места не оставил, не влезь Мустафин! Вы что, не понимаете, кто это такой? А ты на хрена на крыльцо выскочил? А если бы этого ублюдка кто-то прикрывал во дворе?
- Ты сам – не отмороженный? Ему под ноги граната летит, а он её спокойненько так столиком накрывает… А Ларисе всё равно, на кого орать! Ты что, не знаешь её?
Охота за теми, кто связан с «Прокофьевым», похоже, действительно началась.
Мы тогда просидели в «Княжьем дворе» почти до полуночи, постепенно перейдя от деловых разговоров к обычным, перемежая их шуточками и воспоминаниями. В общем, превратив мероприятие в обычную застольную беседу. А когда закончили, тормознулись в уже полупустом зале, дожидаясь, когда Лариса вернётся из туалета. И даже не обратили внимания, как мимо нас к выходу быстрым шагом прошёл молодой мужчина с аккуратной бородкой. А от выхода, развернувшись, кинул под ноги компании, столпившейся около стойки, гранату Ф-1.
Она ещё, подпрыгивая и испуская струйку дыма из запала, катилась по плиточному полу, а Сармат уже подскочил к огромному обеденному столу, сделанному из толстенных горбылин, и опрокинул его на гранату. Мужики, каждый из которых нюхал порох, мгновенно попадали на пол. Я стоял в стороне от них, ближе к дверям, и юркнул за бревно-колонну. С крыльца послышались частые хлопки пистолетных выстрелов, которые заглушил грохот рванувшей гранаты. Когда я выскочил на улицу, «стрельцы», один из которых всё-таки успел вынуть пистолет, лежали на асфальте, а их убийца рысцой удирал к углу П-образного здания.
Видимо, он успел заметить мою тень, поскольку обернулся и выстрелил в мою сторону. Пуля щёлкнула в обрезок бревна в полуметре от меня. Но одно дело, чуть притормозив и развернувшись на ходу, стрелять с тридцати метров из ПМ, и совсем другое – с места из «Ярыгина», держа его двумя руками…
К моменту приезда полиции и «скорой» успели оказать помощь раненым в зале, отделавшимся, к счастью, лишь небольшими царапинами от обломков разнесённого в хлам массивного стола. Один из «стрельцов» погиб, а второй получил тяжёлые пулевые ранения. Как и «гренадёр», поймавший две из четырёх выпущенных мной пуль. Увы, не снайпер я, не снайпер!
Мустафин сориентировался мгновенно, заявив полиции о покушении на себя, как на официальное лицо, чем перевёл расследование на совершенно иной уровень: когда дело пахнет международными политическими осложнениями, полицейские будут материться, но землю носом рыть. Хотя вряд ли это являлось спланированной акцией: и метродотель, и официантки, и посетители в один голос утверждали, что террорист спокойно поужинал, расплатился и допивал своё пиво. Нас он увидел только тогда, когда пошёл на выход. Да и не мог раньше увидеть, поскольку сидел в боковом крыле ресторана в глухом закутке. Увидел, остановился на секунду, и решительно зашагал дальше, на ходу вынимая что-то из кармана.
До больницы его не довезли, так что я обогатился на ещё одну «орденскую тысячу», семьдесят три экю наличными и ПМ в неплохом состоянии. Хоть какая-то компенсация за двухдневную боль в ушах от разрыва гранаты в четырёх метрах от меня! Прочие посетители и персонал «Княжьего двора» и такой компенсации не получили.
Судя по визиткам в кармане, Андрий Джаджа являлся заместителем руководителя некоего Фонда помощи ветеранам АТО. Как объяснил Тунгус, именно этот фонд занимался приёмом будущих «воякив УПА», переправляемых на Новую Землю украинских нацистов, преимущественно из «зоны АТО». В общем, ещё у одного «змаганца» крышу совало при виде «клятых москалей».
- А ты что, предлагаешь спокойно дожидаться, пока меня покрошит в хлам осколками? – уже спокойнее прорычал Сармат.
- А ты предлагаешь отпускать с миром каждую тварь, которая пытаешься нас убить?
Вот и поговорили с другом и непосредственным начальником!
- Серёга, бляха! Я не для того тебя взял себе в напарники, чтобы ты лез под пули! Мне башка твоя нужна, башка, а не дополнительный ствол!
- Так объяснил бы тогда, чего ты от меня хочешь!
Деркулов на пару секунд задумался.
- Тогда слушай сюда. То, что Мустафин рассказал про структуру ЧВК «Прокофьев», это очень упрощённая схема. Баленко буквально за год создал очень разветвлённую структуру легальных, полулегальных и нелегальных представительств конторы практически по всем анклавам Новой Земли. Моя база – пример такой полулегальной конторы. А мы с тобой – внештатные сотрудники ЧВК, которые выполняют её конфиденциальные поручения.
Наша поездка в Орлеан была прикрытием для разведки местоположения тренировочной базы УПА на территории здешней Франции. И только! Решение напасть на неё я принял уже на месте, мы этого делать не должны были. Её должна была расхерачить специальная группа, которая воспользовалась бы нашими наблюдениями. Но нам с тобой не повезло, мы нарвались на машину, возвращающуюся из Тулузы, поэтому я и решил напасть той же ночью, пока они не успели перебазироваться в другое место. Свою порцию п*здюлей за это я от Тунгуса огрёб, но победителей не судят.
Наша с тобой задача – замечать, анализировать, думать, а не стрелять и взрывать. И тебя я решил привлечь именно потому, что у тебя мозги работают, потому что ты умеешь увидеть и понять то, чего другие не увидят и не поймут. Ну и, понятное дело, я уже убедился: ты не струсишь и не предашь. Думаешь, я мало кого просил прийти на суд над «Патриотом Украины»? Нашлось только два отморозка, которые на это согласились: ты и Бородавка. Но за Бородавкой стояла «избушка», информацию от которой он сливал на своём сайте, а за тобой вообще никого не было! Если не считать Лоры. И не ссучился, не перекрасился, не полез в эмигрантский хохлосрач только ты.
- Ну, многие как раз считали, что я такой наглый именно потому, что за меня слишком уж крутые шишки «подписались»! В КПУ, например, некоторые совершенно искренне считали, что я на ФСБ работаю, - захохотал я.
- Слушай, не напоминай мне про этих дебилов! Там хотя бы десяток нормальных людей в руководстве был?
- В среднем звене – да. А что касается ЦК… Как дедушка Ленин говорил, «узок круг этих революционеров, страшно далеки они от народа».
- Я так и предполагал. В общем, чтобы я больше никакого геройства не видел! Поднатаскать тебя во владении всеми наиболее распространёнными видами оружия я постараюсь, чтобы в серьёзной ситуации быть уверенным за свой тыл. Но заруби себе на носу: наша забота – остаться живыми и принести информацию тем, кто её от нас ждёт.

Киев. 28 апреля 2007 года, суббота, 20:20
Отморозки, говоришь? Да, я знаю, что я отморозок. И хорошо помню тот день, когда я «отморозился». Это был апрель 2007, разгар стояния на Майдане во время борьбы против «досроковых выборов». Регионалы, коммунисты, социалисты и «афганцы» поставили палаточный городок под «бабой на члене», как именуют в Киеве колонну с женщиной, символизирующей Украину, наверху. Вечером, когда я забрал Ларису с работы, она предложила проехать в палаточный городок, где от коммунистов дежурили несколько человек во главе со вторым (на тот момент) секретарём горкома партии Ларисой Петровной Сахаровой, старой партаппаратчицей, успевшей в советское время «порулить» районной партийной организацией где-то в Средней Азии.
Лариса Петровна, «железная леди», очень обрадовалась нашему приезду, поскольку мероприятия противников досрочных выборов уже закончились, люди разошлись, и в палаточном городке осталось человек пятьдесят. Но на соседней с Майданом Европейской площади вовсю гремел звукоусиливающей аппаратурой митинг ющенковской «Нашей Украины», БЮТ и националистов.
- Они же сейчас к метро пойдут, заведённые ораторами, а у нас людей всего ничего, - волновалась Лариса Петровна. – Вы только не уходите…
А мы и не собирались уходить: у нас в городке была назначена встреча с друзьями.
Прошло чуть меньше часа, и Сахарова опять подбежала к нам. На этот раз бледная, с трясущимися руками. Митинг на Европейской закончился, и разведка сообщила, что от пятитысячной толпы митингующих отделились человек пятьсот самых решительных и двинулись к нам, собираясь снести наш городок.
Коммунисты поставили городок на площадке перед колонной, отступив буквально метр от каскада ступенек, спускающихся ко входу в подземный переход под Майданом. Эти палатки и были первой линией объединённого городка трёх партий. И когда толпа националистов хлынула из «Трубы», городок обезлюдел, перед ним на площадке стояла лишь жидкая цепочка из десяти человек с красными флагами. Малочисленные социалисты, чей городок стояли на отшибе, просто исчезли, а «регионалы», большей частью здоровые молодые мужики, спешно попрятались в палатки.
Хорошо помню реакцию на сложившуюся ситуацию одного из двух милиционеров, дежуривших рядом с городком, единственного на всю площадь милицейского патруля. Он просто позеленел и принялся орать по рации, описывая происходящее и требуя подмогу. Лариса Петровна на глазах посерела, поскольку поняла, что всю ответственность, если пострадают люди, будет нести она. Но не сбежала, встав в цепь из десяти человек, среди которых четверо были женщинами.
А я отморозился. Мне стало абсолютно наплевать, что со мной сделает надвигающаяся разъярённая толпа. Пусть лезут, пусть пытаются побить, но я никуда не уйду, не отступлю ни на шаг. А поскольку у меня в руках «типафлаг» (лоскут красной материи, примерно 20 на 40 см на конце черенка от лопаты), то до того момента, когда меня собьют с ног и забьют, пострадает немало нападающих.
Фотографии нашей десятки, стоящей перед строем палаток, отгораживая её от беснующейся в двух шагах толпы, в тот же вечер обошли все информагентства Украины. Особо нравилось репортёрам снимать нас с Ларисой: солидная женщина в норковой шубе на фоне палаток с надписью «Коммунистическая партия Украины», а рядом с ней возвышающийся на голову над окружающими скучающий верзила с «типафлагом» на плече.
Не знаю, погромили бы наш городок или нет, если бы наша цепочка дрогнула, но поскольку все остались на месте, националисты, выкрикивающие оскорбления, остановились, так и не решившись напасть.
Минут через десять самые агрессивные, выплеснув эмоции, начали успокаиваться, и стороны перешли к дебатам. Увидев, что драки не будет, из палаток повыползали «регионалы», а откуда-то с Институтской примчался десяток запыхавшихся «афганцев», быстро организовавших собственную цепочку перед своими палатками. Ещё минут через десять подъехал автобус со спецназом. Бойцы, выкатившись наружу, выстроились чуть в стороне, но не вмешивались в происходящее…
Противостояние, уже мирное, продолжалось ещё около часа. Нас с Лорой решил «перевербовать» какой-то киевский интеллигент, принявшийся объяснять, почему Бандера – герой, а УПА следует почитать. Мы долго потом хохотали над тем, кому он решил это рассказать. В итоге, вывалив на голову неофита-националиста массу того, о чём он не имел ни малейшего представления, мы просто забили его подробнейшими сведениями. Какое-то время он пытался спорить, потом признался, что ничего подобного не слышал. «Мне надо это обдумать», - заявил он, в конце концов, и с задумчивым видом удалился куда-то в сторону Бессарабки…
Не прошло и недели, как несколько группировок неонацистов объявили о том, что проведут 28 апреля факельное шествие, посвящённое годовщине создания дивизии СС «Галичина». Ради этого они стягивали в Киев к памятнику Шевченко напротив «Красного» корпуса Киевского университета своих единомышленников из Западной Украины.
На тот момент и Ющенко, и состоящие в блоке с ним неонацисты ещё опасались открыто поддерживать чествование эсэсовцев, чтобы не навлечь на себя недовольство Европы и США, и об участии в «фекальном», как мы его тут же окрестили, шествии заявили лишь мелкие фашиствующие группировки. Тем не менее, на ведущем интернет-форуме «оранжевых» «Майдан.орг» шло горячее обсуждение этого мероприятия. Мнение сторонников Майдана о целесообразности такой акции разделилось: «демократы» были против, а радикалы, составлявшие большинство, горячо одобряли. И когда администрация форума закрыла обсуждение, дабы «рупор Майдана» не обвинили в потворстве фашистам, координация действий по организации шествия переместилось на форум одной из полулегальных группировок.
О подробностях мероприятия поклонников эсэсовцев мы узнали, благодаря Ларисе, под видом единомышленницы фашистов зарегистрировавшейся на этом форуме «для своих». Её айпи-адрес, принадлежащий парламенту, администраторы мгновенно опознали и даже пытались «наехать» на неё. Её ответ «а разве в Верховной Раде не могут работать украинские патриоты?» буквально обезоружил нацистов. И тут они заговорили! Да так, что за несколько дней до фашистского марша мы знали все подробности сбора нацистов.
Информация ушла к социалистам, представитель которых Василий Цушко на тот момент возглавлял МВД. Оповестили мы и руководство других партий.
«Регионалы», как обычно, «отморозились», отказавшись выделять людей, чтобы сорвать марш. Социалисты из-за своей малочисленности не могли этого сделать физически. Сахарова, на попечении которой находился коммунистический городок на Майдане, пообещала только сформировать «ударную группу быстрого реагирования», чтобы выслать её к нам на подмогу, если ситуация обострится. Зато за идею ухватилась Витренко, пообещавшая вывести к памятнику Шевченко, где на 20:00 было назначено начало фашистского шествия, целых 500 человек.
К 18:30 к памятнику Тарасу Григорьевичу стали стягиваться люди. Но не члены ПСПУ, митинговавшие под расположенным поблизости эстонским посольством против сноса «Бронзового солдата» в Таллине, а разрозненные группы и отдельные нацисты. Как успела прочитать ещё на работе Лариса, их основную массу задержала с факелами, файерами и дубинками на концевых станциях линий метро милиция. «Под раздачу» попал и нацистский подонок, в 2013 году и позже работавший пресс-секретарём «Правого сектора», гражданин России и корреспондент рупора российского либерализма газеты «Коммерсантъ» Антон Скоропадский. А избежавших задержания встречали шестеро членов «СтопОранжа» с единственным на всех флагом КПУ, который держал я.
Мы топтались на площадке по правую руку от бронзового «Кобзаря», а вокруг неё на дорожках и по кустам парка его имени крутилось человек пятьдесят нацистов, так и не решаясь напасть. Скорее всего, из-за того, что были дезорганизованы задержаниями своих лидеров. Публика, нужно сказать, откровенно маргинальная. В моём архиве где-то лежит фото явившегося юного растерянного чучела, повязавшего себе на плечи красно-чёрный бандеровский флаг, на грудь оранжевый «Ющенко – так!», а, простите, на задницу – государственный украинский. Сие недоразумение в очёчках и п*дорской бородке, повертевшись пару минут и увидев приближающуюся колонну «витренковцев», недоумённо слиняло туда, откуда явилось.
Витренко, как и обещала, свезла в Киев около полутысячи членов своей партии. Проорав часок под неработающим в субботу эстонским посольством и закидав его яйцами, эти люди провели митинг под памятником Шевченко.
Среди приехавших из регионов членов ПСПУ оказалось много наших знакомых из Севастополя, Одессы, Николаева, которые тут же окружили нас и приступили к оживлённому разговору. Прерванному истерическими воплями одной из приближённых лидерши партии.
- Вы почему не слушаете, что говорит Наталья Михайловна? А ну-ка быстро в свою колонну!
- Милочка, вы бы хоть посмотрели на флаг, что у меня в руках!
Экзальтированная дамочка подняла голову и тут же переключилась на своих соратников:
- Немедленно вернитесь в свою колонну! Не смешивайтесь с представителями других политических сил!
Витренко говорила, как всегда, горячо и правильно, но за полчаса до назначенного нацистами начала факельного шествия, как только на Киев начали опускаться сумерки, свернула митинг, приказала членам своей партии зажечь лампадки и повела людей прочь.
Кто-то из наших перехватил бегающего, как всегда, с фотоаппаратом заместителя Витренко Владимира Романовича Марченко.
- Что же вы людей уводите? Ведь через полчаса здесь назначен сбор нацистов!
- Это не наши проблемы! У нас запланировано шествие со свечами к Секретариату Ющенко и антифашистский митинг возле него. Товарищи! Выдвигаемся на улицу Владимирскую и движемся в сторону Банковой!
- Получается, что вы покараулили фашистам место, где они будут собираться, и теперь, чтобы им не мешать, уходите?
- Вы провокатор! – перешёл на ор Марченко.
Вслед за колонной ПСПУ ушла и милиция, и нас возле памятника Шевченко осталось десять человек: во время митинга «витренковцев» к нам подтянулись руководитель Русской общины Украины Константин Шуров, глава движения «За Украину, Белоруссию и Россию» («ЗУБР») Елена Мазур, Анна Бахмач и ещё кто-то.
Лариса потом рассказывала, что эти полчаса между уходом от памятника всей милиции и до её возвращения после звонка случайного патруля о том, что вокруг нас крутится около полусотни нацистов, были одними из самых страшных. Из-за ответственности за людей, пошедших за ней. Но дело было сделано: фашистское факельное шествие в честь дивизии СС «Галичина» сорвано. Мы просто не позволили его участникам собраться в запланированном месте.
В следующем номере газеты ПСПУ «Предрассветные огни» появился отчёт о том, как Витренко сорвала фашистский марш. Сами же нацисты в своих СМИ писали, что шествие не состоялось из-за того, что их «побратимов», вёзших реквизит, задержала милиция, а избежавших задержания не пустили на площадку у памятника Шевченко члены КПУ.
Впрочем, четверо нацюков глубоко ночью всё-таки прошли с одним факелом и щитом с эмблемой «Галичины» по улице Красноармейской. Но выглядело это смехотворно. А после нашего стояния у памятника я убедился в том, что мне действительно наплевать на всё, если у меня на пути встанут фашисты.