Ну, что, девочки, самоудовлетворились, теребенькая на мою персону вместо содержимого книги? (Хотя, конечно, некоей "ЛенеЕлене" не хватило форума, и она даже на мой аккаунт в ОК сбегала.
) Тогда продолжим публикацию кусков из книги. Может, у кого-нибудь из не-онанистов что-то останется в голове из того, что ждёт нас в случае Большого П*здеца.
Вадим Скуфеев, Скиф
- Девушка, нам нужны ключи от номеров. И от ворот гостиницы тоже. Все ключи, какие есть у вас.
Женщина лет сорока даже растерялась.
- Вы хотите сказать…
- Я хочу сказать, что мы экспроприируем гостиницу для своих нужд.
Короткое движение руки под столом. Тревожную кнопку, что ли нажала? Ну, ну! И пенсионер в чёрной форме с надписью «Охрана», подпирающий стенку в углу фойе, напрягся, переместив ладонь на ручку резиновой дубинки.
- Не надо, батя. Тебе это не поможет, а бить тебя я не хочу: нам ещё вместе жить и жить. Так зачем с порога отношения портить? Что там с ключами, девушка? – повернулся я к администратору.
- Как вы смеете сюда врываться, что-то требовать, да ещё и угрожать сотрудникам, находящимся при исполнении служебных обязанностей? У гостиницы, между прочим, есть хозяйка. Это частная собственность. Я полицию вызвала!
- Девушка, можно чуть поменьше пафоса? Я – человек терпеливый, и поэтому объясняю вам доступным языком. Хотя кто-то более нервный мог бы вас просто взять за шиворот и выволочь из вашего закутка. Во-первых, минуту назад у этой гостиницы сменился собственник. Теперь ею владеет не госпожа Загнобко, а… Ну, пусть это называется «Община Пороги».
- Колхоз, - засмеялся стоящий у меня за спиной Виталик Ярулин.
- Да хоть артель «Красная синька» или «Большое дышло»! – фыркнул я. – Во-вторых, я, как руководитель этой самой общины, предлагаю вам обоим сохранить рабочие места в данной гостинице. Должности, конечно, будут пересмотрены, поскольку в охраннике и портье мы больше не нуждаемся, но по нынешним временам любая работа – это огромное благо. В-третьих, даже если нажатая вами тревожная кнопка сработала, то выехать на сигнал тревоги никто не сможет. В Бердяуше и Сулее полиция разбежалась, в Сатке, похоже, перебита «благодарными» гражданами. В-четвёртых, я даже сомневаюсь в том, что прежняя владелица гостиницы на момент смены собственника была жива. Насколько я помню, она постоянно жила в Челябинске, а Челябинск, как и многие другие города Российской Федерации, два дня назад подвергся ядерной бомбардировке со стороны США.
- А ты не брешешь? – округлил глаза охранник.
- Брешут, батя, собаки в доме наискосок отсюда. Что осталось от Миасса и Златоуста после ядерных ударов, я видел собственными глазами. Как и то, что происходит в Бердяуше, Сатке и Сулее. Не веришь мне – сходи на турбазу к ребятам, у которых бандиты на окраине Сулеи двух человек завалили. Ядерный гриб над Трёхгорым и Юрюзанью видела пара человек из приехавших с нами людей. Про то, что разбомбили Челябинск, они слышали по радио, а про атомную бомбу, которая упала неподалёку от Месягутово, нам сулеинские мужики рассказали.
- Да что ж теперь будет-то? – ахнула администратор.
- Если коротко и без мата, то капец придёт. Всем, кто не хочет держаться в куче с теми, кто сможет их защитить и организовать жизнь в новых условиях.
На турбазу я послал Витю Данилова, когда он убедился, что у его подруги с детьми всё в порядке.
- Представляешь, дочка меня сегодня впервые папой назвала! – сиял он.
- А у тебя там дочь, что ли, была? Ты никогда не рассказывал, что у тебя дети есть.
- Да я и сам не знал, пока к Ане, той самой доктору, которая ко мне на вызов приезжала, не закатился, - признался Витька.
А я о своих стараюсь не думать. Дочки-погодки выросли и разлетелись. Одна в Финляндию, другая в Италию. Жена укранулась на старости лет, и я, после того как из Харькова сбежал, с ней лишь пару раз по телефону разговаривал. Обидно: больше двадцати лет вместе, две войны меня ждала, а тут такое помутнение с ней приключилось…
Почему Данилова на турбазу? Да та девица, которую бандит пытался использовать в качестве живого щита, очень меня невзлюбила за херню, что я молол, пока бандюка отвлекал. А Витю, прострелившего ему башку, наоборот, зауважала. Прямо как в загадке, чем белочка отличается от крысы. Не знаете ответ? В общем-то, большой разницы между ними нет, но у белочки пиар лучше. Так и у нас с Кипчаком: большой разницы между нами нет, но бабы на его седеющую бородку конкретно западают.
Охранник ожидаемо оказался местным жителем, и ему вместе с администраторшей нашлось собственное задание – собрать всех жителей Порогов на сход. Таких к неработающему киоску с вывеской «Продукты» собралось семь семей. И две семьи дачников, застрявших в посёлке после дурных вестей из Бердяуша.
Эти оказались самые упёртые. Особенно бабы. А им ничего не надо: овощи у них выросли, скоро убирать нужно будет, на них зиму и проживут. Охранять посёлок они не просили, поэтому никакой картошки «в общий котёл» сдавать не будут. И вообще «врёте вы всё»: и про бандитов, и про разграбленные магазины, и про атомную войну. Сами вы бандиты! На них уже деревенские шипеть начали, чтобы те шли домой, если им ничего не нужно, и не мешали разговору. Не идут!
- Ну, раз мы бандиты, то не обижайтесь, если конкретно с вами будем вести себя, как бандиты, - внешне спокойно, хотя внутри меня уже трясло от бешенства, предупредил их я.
Одна после этих слов сразу же язык в задницу засунула, а вот вторая устроила римейк интернет-ролика «звони в полицию». И мужик её подключился.
- Ша! – рявкнул на них я. – Вам конкретно даю 24 часа на то, чтобы вы исчезли из Порогов. Время пошло! Если завтра к этому времени вы всё ещё будете в посёлке, то прикажу насильно вывезти вас за шлагбаум в том, в чём стоите.
- Да кто ты такой, чтобы нас отсюда выгонять? Это мой дом, я его пятнадцать лет назад купил! Ты хоть знаешь, какие у меня друзья? Да я только свистну, и ты будешь драпать отсюда, усераясь на бегу!
- Уважаемый, с вами на сегодня разговор окончен. Желаю вам приятного отдыха сегодня, а завтра – плодотворного общения с вашими друзьями.
Витя Данилов тоже подчёркнуто спокоен и даже, как будто бы, вежлив.
- А пока не мешайте разговаривать тем, кому есть о чём поговорить. Не провоцируйте нас, пожалуйста. Мы люди нервные, неуравновешенные. Бандиты, одним словом. Можем и вспылить. И тогда к четырём трупам, которые я сегодня на свой счёт записал, может ещё два добавиться. Идите, уважаемые, идите! – положил он руку на пистолетную кобуру.
- А что за шлагбаум-то? – поинтересовался кто-то из местных, когда бузотёры ушли.
- Его сейчас устанавливают ребята, которых мы оставили на дороге в пикете, - пояснил я. – Пока просто жердина на двух столбиках, потом что-то более серьёзное поставим, чтобы никто посторонний бесконтрольно в посёлок не явился. Вы же не захотите проснуться среди ночи от того, что кто-то к вам в дом с обрезом в руках ломится? Вот и приходится всякую всячину выдумывать, чтобы не получилось как с «дальнобойщиками» у Берёзового Моста.
- Думаешь, жердина кого-то остановит, если ему очень нужно будет.
- Жердина не остановит. А табличка с надписью на ней «Осторожно: мины» кое-кого заставит подумать, нужно ли соваться туда, где его не ждут. Сегодня, конечно, там ещё никаких мин нет, но завтра будут.
- А ездить как, если там мины? Ходить как? А если корова забредёт или детишки?
Женщине, задавшей этот вопрос, на вид лет сорок пять или чуть больше, и к ней жмутся две долговязые девчушки лет одиннадцати–двенадцати. Рыженькие, шустрые. Эти точно могут куда-нибудь не туда сунуться!
- Мины в наше время умные стали. Им и приказать можно, когда надо реагировать, а когда нет. Едет или идёт свой человек, дежурный щёлкнул выключателем, и иди или проезжай свободно. Незваный гость явился? Будь добр доложить, кто такой, и чего тебе нужно. Попрёшь без спросу с дурными намерениями – не обессудь.
Естественно, не стал я рассказывать ни про то, что вдоль дороги будут вырыты стрелковые ячейки, ни про то, что установим фугас на мостике, который обойти и объехать нельзя, ни про будущую засеку с растяжками ещё в одном месте. Мы с Костяном это ещё в первый наш приезд наметили, и в ближайшие дни наши задумки нужно будет воплощать. Может, Рощин что-нибудь подскажет: он на погранзаставе служил, толк в организации скрытного наблюдения и обороны объектов малыми силами знает.
После ухода истеричек-дачниц разговор пошёл конструктивнее. Деревенским долго объяснять не надо, что без магазинов, без подвоза товаров, без защиты от грабителей, без помощи друг другу нам грядущую зиму не пережить. На одной картошке сотня рыл, которая теперь будет обитать в Порогах и Постройках, до весны не протянет. А с прочими продуктами у нас жопа! Но даже те, что мы с собой привезли, ещё и сохранить надо.
- Так что на завтра план действий у нас следующий: мы с водителями на нескольких машинах едем заниматься грабежом. Олег Петрович, - кивнул я на пенсионера-охранника, которого тут же на сходе и выбрали старшим над «местными». – Организует работы по кормёжке приезжих и наведению порядка на стоянках для грузовиков. Дмитрий Рощин руководит очисткой и подготовкой под склад каменного здания возле электростанции. А ещё подыскивает материалы и место для навеса, под которым будут храниться грузы, которые можно держать на улице. Большая просьба, мужчины и женщины, активно включиться в эти работы: до начала осенних дождей надо убрать продукты в помещение, а всё прочее – под временную крышу.
